Канада отменила демократию

Дальнобойщики довели канадское правительство до временной отмены демократии   17 февраля 2022, 13:22
Фото: REUTERS/Blair Gable
Текст: Дмитрий Бавырин

Премьер-министр Канады Джастин Трюдо ввел в стране чрезвычайное положение и упразднил часть гражданских прав канадцев: например, их право жертвовать свои деньги тем, кому они хотят жертвовать. Этим поступком Трюдо закрепил свою репутацию трусливого и лицемерного политика, которому до ужаса не идет его великая фамилия.

Чуть более полувека назад, в октябре 1970 года, отец нынешнего премьер-министра Канады и тоже премьер-министр Пьер-Элиот Трюдо упразднил в своей стране демократию, по сути введя военное положение в мирное время. Людей хватали и бросали за решетку без суда и следствия, а в числе этих людей были знаменитые деятели культуры, включая Гастона Мирона – национального поэта Квебека.

Собственно, с сепаратизма в Квебеке всё и началось. В течение десяти лет франкоговорящая, перенаселенная, бедная, занятая в основном в сельском хозяйстве провинция переживала период национального возрождения, закипая ненавистью к англофилам, Ватикану и центральному правительству одновременно.

Поводов к тому было – вагон. Долгие годы экономическая власть в провинции принадлежала англоговорящему меньшинству, которое намеренно сдерживало индустриальное развитие Квебека, а католическая церковь эту полуфеодальную форму жизни активно поддерживала.

Об обидах квебекцев можно рассказывать долго, но это история не о них и не о том, что Пьер-Элиот Трюдо – палач квебекского народа. Совсем наоборот, в Канаде он ни много ни мало считается отцом нации – самым уважаемым человеком в истории страны, который закончил период бандитского капитализма, построил социальное государство и многое сделал для равенства возможностей англоязычной и франкоязычной общин.

Нынешний премьер Канады Джастин Трюдо и его отец, человек-легенда Пьер-Элиот Трюдо (фото: PA/Reuters, Adrian Wyld/Global Look Press)
Нынешний премьер Канады Джастин Трюдо и его отец, человек-легенда Пьер-Элиот Трюдо (фото: PA/Reuters, Adrian Wyld/Global Look Press)

По молодости он сам поддерживал квебекских сепаратистов и их стачки, а позднее, когда перешел на позиции федералистов-юнионистов, стал тем, кто разрешил квебекский кризис: сторонникам независимости позволили провести референдум об отделении от Канады, который они стараниями сверхпопулярного тогда Трюдо проиграли.

Временная отмена демократии в 1970-м (именно временная; к декабрю чрезвычайное положение смягчили, к апрелю отменили вовсе) – одна из причин его популярности. Сочувствуете вы квебекцам или не сочувствуете, но леворадикальный Фронт освобождения Квебека (ФОК) был классической террористической организацией – из тех, кто грабит банки, устраивает взрывы и берет заложников.

Трюдо пошел на крайние меры – ввод войск в Квебек и массовые аресты на срок от двух недель до месяца – после того, как боевики ФОК похитили торгпреда Британии в Монреале Джеймса Кросса и вице-премьера правительства провинции Пьера Лапорта. Спустя две недели поисков тело задушенного Лапорта обнаружили в багажнике автомобиля.

В общем, Трюдо в этой истории не тиран, а герой. Теперь, когда действующий премьер-министр Канады Джастин Трюдо прилетает в Монреаль, его борт садится в аэропорту, названном в честь отца. И наверняка он убеждает себя в том, что вводя в стране режим чрезвычайного положения, идет по стопам своего великого родителя.

Это не совсем тот режим, что при папе, а помягче – с тех пор в Канаде успели принять новый закон о чрезвычайных ситуациях. Но ничего жестче в законодательстве просто нет, то есть правительство «закрутило гайки» максимально возможным образом.

Причина – протесты дальнобойщиков, о которых газета ВЗГЛЯД подробно писала здесь. Запрет на пересечение американо-канадской границы для невакцинированных породил забастовку с требованием отмены всех антиковидных ограничений. После того, как Трюдо назвал протестующих маргинальной группой, стачка превратилась в протест против премьера лично. Сейчас несколько тысяч человек, проехавших в колонне полстраны, блокируют центр столичной Оттавы и уходить никуда не собираются.  

«Блокады наносят ущерб нашей экономике и создают угрозу общественной безопасности. Мы не можем позволить и не позволим продолжать незаконные и опасные акции», – заявил премьер-министр, обосновывая введение ЧС.

В свою очередь министр финансов Христя Фриланд ввела обязательную сертификацию для всех программ по сбору средств и пообещала блокировать без суда счета, с которых протестующим будут переводиться деньги.

Не будем драматизировать: на месте Трюдо многие поступили бы так или почти так, если вспомнить все вводные. Да, это мирный протест, но он бессрочный и периодически блокирующий важнейшие транспортные артерии страны. При этом до половины средств в поддержку протестующих поступают из-за рубежа, по сути – на свержение законного правительства.

В случае Канады донором выступают соседи – американцы. Бывший президент США Дональд Трамп, по-прежнему остающийся наиболее популярным консерватором страны, громогласно дальнобойщиков поддержал, чем спровоцировал новую волну краудфандинга в их пользу.

Короче говоря, мало где дальнобоя с монтировкой и признаками иностранного агента стали бы гладить по бороде, однако поступок Трюдо имеет другое важное измерение. И остается только надеяться, что сыну хватит такта не приравнивать свою политику к политике выдающегося отца.

Потому что у Трюдо-старшего не было выбора – он действительно противостоял террористам и отморозкам, когда пожертвовал гражданскими правами канадцев.

А у Трюдо-младшего выбор был, требования протестующих отнюдь не выглядели невыполнимыми и даже радикальными. Страны, где темпы вакцинации высокие, одна за другой отменяют антиковидные ограничения, начиная, кстати, с Великобритании, у которой с Канадой формально общий (общая) глава государства.

Количество вакцинированных в Канаде достигло 90%, но для Трюдо оказалось проще отменить демократию, чем уступить тем людям, которых он назвал «маргиналами», а либеральные СМИ окрестили «фашистами».

Но главное, что бросается в глаза – это лицемерное двуличие Трюдо. Типичное для американских либералов лицемерное двуличие как во внутренней, так и во внешней политике (к слову, партия обоих Трюдо так и называется – Либеральная).

Бастующие дальнобойщики и их симпатизанты – люди не всегда славные, потому что довольно разные. Практически любой протест привлекает своих радикалов, фриков, вандалов, фашистов, городских сумасшедших. Да кого угодно вообще, с учетом, что 3% любой человеческой группы – это социопаты.

Это позволяет выстроить фокус камеры, исходя из личных симпатий, изобразив пеструю толпу, хочешь – обнаглевшими реднеками, а хочешь – борцами за равенство и справедливость.

Но по объемам насилия и ущерба для городов канадская стачка не идет ни в какое сравнение, например, с протестами BLM. Если бы кто-то попробовал перекрыть BLM и «антифа» краудфандинг в период грабежей и поджогов, Трюдо первым бы назвал его фашистом, а в Оттаве те временем ни грабежей, ни поджогов.

А вот внешнеполитический пример. Бессрочный лагерь, сбор средств, отряды самообороны, походные кухни – всё это много где было, например, на Евромайдане. Если бы та же Христя Фриланд, что перекрывает теперь забастовщикам пожертвования как кислород, возглавляла бы МИД Канады в 2014-м – у нее, у потомка нацистского коллаборациониста, вряд ли хватило бы слов назвать происходившее в Киеве чем-то, кроме как «мирным протестом за свободу и демократию».

Впрочем, и не во Фриланд дело. Если покопаться в заявлениях канадского внешнеполитического ведомства, можно узнать, что мирным был протест не только на Украине, но и в Казахстане, и даже в Сирии, хотя вряд ли кто-нибудь решится спорить с тем, что канадские дальнобойщики на фоне сирийских моджахедов кажутся очень приятными людьми. На их фоне и Трюдо просто замечательно смотрится. Даже Трюдо.

Канадцам, конечно, виднее, какую власть себя выбирать и чью сторону поддерживать, но бренд «Трюдо» – это бренд с международным именем, а совокупная стоимость этого бренда сейчас падает.

Когда мы говорим об отце, мы говорим о человеке, который жизнь положил на то, чтобы у его народа было больше прав и возможностей, а во внешней политике позволял себе полную свободу действий – вплоть до визита на Кубу в гости к Кастро и провоцирования подозрений в криптокоммунизме со стороны ЦРУ.

А сын, намазывая на локдаун чрезвычайное положение, выглядит трусливым и лицемерным приложением к обкому с центром в Вашингтоне, хотя формально и борется сейчас с американским влиянием на внутреннюю политику своей страны.

Почувствовать эту разницу так же просто, как разницу между сирийскими исламистами и канадскими дальнобойщиками.